Опередившее время: 10 шедевров советского кино, которые едва не погубила жесткая цензура

Фото: media.360.ru

Советская киноиндустрия существовала в рамках строгих идеологических ограничений, из-за чего многие выдающиеся картины годами оставались недоступными для публики. Вспоминаем смелые и честные ленты отечественных режиссеров, которые отправлялись на полку, запрещались к показу или выходили минимальными тиражами.

В 1974 году режиссер Элем Климов завершил съемки масштабной драмы «Агония», рассказывающей о Григории Распутине и падении царской России. Партийное руководство посчитало образ Николая II чересчур человечным, а общую атмосферу фильма — чрезмерно пессимистичной. В результате ленту положили на полку, разрешив ограниченный прокат лишь в 1981 году, когда картина уже успела получить международное признание на Венецианском кинофестивале.

Едва не была полностью уничтожена дебютная работа Александра Сокурова «Одинокий голос человека», снятая в 1978 году по мотивам произведений Андрея Платонова. Руководство ВГИКа обвинило автора в антисоветских взглядах и распорядилось ликвидировать негатив. Спасти фильм удалось благодаря смелости Сокурова и оператора Сергея Юриздицкого, которые тайно проникли в монтажную комнату ночью и заменили оригинальную пленку.

В 1980 году Владимир Мотыль экранизировал пьесу Александра Островского «Лес». Цензоры усмотрели в классической сатире 19 века высмеивание советской партийной номенклатуры. Решением ЦК КПСС картину официально запретили, а самого режиссера на несколько лет отстранили от работы.

В 1981 году Лариса Шепитько и Элем Климов подготовили фильм «Прощание» по повести Валентина Распутина. Трагический сюжет о затоплении деревни ради строительства ГЭС затрагивал болезненную для властей тему уничтожения традиционного уклада ради индустриализации. Картину напечатали минимальным тиражом, фактически лишив ее зрительской аудитории.

Философская притча Вадима Абдрашитова «Парад планет», созданная в 1984 году, избежала прямого запрета, но была признана слишком абстрактной и непонятной для рабочего класса. Ленту выпустили без рекламы, демонстрируя исключительно в столичных киноклубах. Похожая судьба из-за сложных аллегорий постигла авангардную работу Александра Сокурова «Скорбное бесчувствие», которая добиралась до зрителя долгие годы.

Сюрреалистическая драма Александра Кайдановского «Жена керосинщика» 1988 года завоевала Гран-при на европейском фестивале в Авориазе, однако обилие религиозных метафор и мрачное настроение закрыли ей путь в обычные советские кинотеатры.

В комедийной ленте Вадима Гаузнера «Куда исчез Фоменко?», вышедшей в 1981 году, чиновники обнаружили опасный подтекст. История об успешном инженере, который бросает благополучную жизнь и исчезает, показалась руководству легкомысленной, после чего все показы оперативно свернули.

Некоторые качественные картины не доходили до зрителя по экономическим причинам. Мелодрама Владимира Фетина «Таежная повесть» 1979 года получила отличные отзывы критиков, но региональные кинотеатры отказывались брать ее в прокат. В погоне за выполнением государственного финансового плана залы отдавали предпочтение зарубежным детективам и легким коммерческим комедиям.

Одной из самых серьезных цензурных потерь стала грустная сказка Георгия Данелии «Слезы капали», снятая в 1982 году. Режиссер называл историю о человеке, начавшем видеть в людях только плохое, своей самой глубокой работой. Руководство Госкино назвало финал картины слишком депрессивным. Фильм полностью запретили к показу в Москве, закрыли для телевидения и отправили исключительно в провинциальные кинотеатры второго порядка.